Андрей  Клавдиевич  Углицких:  Журнал  литературной  критики и словесности    

ЖУРНАЛ ЛИТЕРАТУРНОЙ КРИТИКИ 

И СЛОВЕСНОСТИ

основан в декабре 2001 года

Главная страница

Новости

Содержание Проза

Поэзия

Критика и публицистика

Журнальные обзоры

Обратная связь

Наши авторы

 

Блоги писателя А.Углицких:

 

"Андрей Углицких в Живом Журнале"

 

"Писатель Андрей Углицких"

 

"Андрей Углицких в Русском журнальном зале"

 

"Андрей Углицких на Lib.Ru"

Наши друзья:

 

Из редакционной почты: 

Уважаемая редакция!

В августе 2013 года в Минске вышла моя книга «Розыгрыши и анекдоты». Высылаю Вам первую часть книги «Розыгрыши» и прошу рассмотреть возможность публикации «Розыгрышей» в Вашем журнале или отдельных рассказов  из этой книги. Буду Вам признателен за публикацию.

С уважением Семашко Олег Николаевич

Олег СЕМАШКО (Минск)

 

РОЗЫГРЫШИ ПРОДЛЕВАЮТ ЖИЗНЬ!

 

Смех продлевает жизнь. О пользе смеха давно известно. По влиянию на здоровье человека минуту смеха иногда сравнивают со стаканом сметаны или бараньей отбивной. Главная польза от смеха — это снятие стресса, укрепление иммунной системы. При смехе тормозится выделение гормонов стресса —адреналина и кортизона, зато активно начинают выделятся гормоны счастья —эндорфины, являющиеся хорошим болеутоляющим. На Западе даже создаются группы смехотерапии, на которых лечат смехом: люди собираются вместе и начинают истошно хохотать, при этом в их организмах выделяются эндорфин другие полезные вещества, которые благотворно влияют на организм. Один американский журналист заболел одной очень серьёзной болезнью костей. Тогда он набрал кучу кассет с комедиями стал с утра до вечера их смотреть, при этом истошно хохотал, смеялся или просто улыбался и пребывал в прекрасном настроении. Через некоторое время болезнь ушла. Барон Мюнхгаузен тоже говорил: «Улыбайтесь, господа, улыбайтесь!» только мысль о веселье улучшает состояние организма человека. Люди с оптимистическим настроением отличаются от своих менее весёлых собратьев повышенной устойчивостью к инфекционным заболеваниям. Ещё учёные считают, что мужчины в день должны улыбаться 10 часов, женщины 12 часов, дети школьного возраста 14 часов в день. Поэтому в наше время необходимо стараться легче относиться к жизни, на всё происходящее смотреть с юмором, превращая всё в шутку. Один мудрец сказал: «Несерьёзное отношение к жизни — самое серьёзное отношение к жизни». Анекдоты, «Шоу шепелявых», юмористические передачи, выступления пародистов, «Аншлаги», «Городки», комедийные фильмы, всё что вызывает смешили заставляет просто улыбаться всё это я просто обожаю! Но высший пилотаж это не просто самому рассказать анекдот или посмеяться над чужой шуткой, а самому кого либо разыграть. Здесь надо проявить творческий подход. Сначала нужно продумать кого разыграть, потом как разыграть, чем можно «зацепить», да так, чтобы «жертва» не поняла, что её разыгрывают. Особенно нравится программа «Розыгрыш», идущая по 1 каналу ОРТ с ведущими Валдисом Пельшей и Татьяной  Арно. Вот несколько моих розыгрышей.

 

УВОЛЬНИТЕЛЬНАЯ

 

Первый свой опыт розыгрыша я получил ещё в начале 80-ых, когда учился в военном училище. Надо сказать я был шахматист, кандидат в мастера спорта. В шахматах побеждает тот, кто окажется умнее хитрее изворотливее. В розыгрыше все эти качества очень даже пригодятся. Когда я учился, мне приходилось выступать на различных соревнованиях: на первенство училища, гарнизона, округа. То есть в училище я слыл сильным шахматистом. Иногда я развлекал курсантов тем, что играл с ними в шахматы вслепую. Я садился на стуле, а кто-нибудь из курсантов садился за моей спиной, расставлял фигуры, и так мы играли. Я сидел с закрытыми глазами, называл свои ходы, а курсант за моей спиной передвигал за меня мои фигуры.

Один курсант говорил, что если бы сам не увидел, что можно играть с закрытыми глазами, то никогда бы не поверил бы, что такое бывает. Обычно курсантов отпускают в увольнение по субботам и воскресеньям часов в 12.00и до отбоя. На старших курсах, когда курсанты начинают жениться, их отпускают в увольнение до утра. И вот однажды я решил съездить домой, уж больно я скучал, по своему дому, родителям, любимой девушке, а для этого нужно было каким-то образом получить увольнительную до утра. В моей группе вместе со мной учился Юра Коев, который был женат на девушке из моего города. Девушку звали Лена, мы с ней были знакомы ещё по юности, она училась тоже в том городе, где и мы с Юрой. Я их познакомил, они и поженились, и вот теперь Юру, как женатого человека, отпускали в увольнение до утра. Иногда Лена уезжала домой, и если Юре давали увольнение, то он ездил к Лене домой. А до города нужно было ехать 4 часа поездом. И вот меня стала «душить жаба»: как это так, Юра с Украины, и ездит, можно сказать, ко мне домой, а я как лох парюсь в казарме. Я стал ему завидовать белой завистью. И стал вынашивать планы: а как бы и мне съездить домой вместе с Юрой? А как известно «голь на выдумку хитра».Я долго думал, как же мне «развести» нашего командира роты и получить увольнительную до утра, ведь я не был женат и увольнение до утра мне не полагалось. И вот наконец план созрел. Наступает суббота, Юра идёт в увольнение до утра, а я в этот день вообще никуда не шёл. В 12 часов увольняемых отпускают в увольнение, Юра идёт на КПП и спокойно курит. Я же беру шахматы и иду в канцелярию, в которой сидит наш дорогой командир роты капитан Катунов Анатолий Сергеевич. Курсанты между собой называли его — «Челюсть»,— у него чуть вперёд выступала нижняя челюсть, а зубы были железные,— все,— и нижние и верхние! Командир он был строгий, требовательный, курсанты его побаивались. А, думаю, была —не была, попробую получится,— хорошо, а нет, так нет. Попытка — не пытка, а вдруг получится, где наша не пропадала? И я, внутренне настроившись на тонкую игру с опасным противником, почти как в шахматах, направляюсь к канцелярии.

— Тук-тук-тук, разрешите войти? — спрашиваю я.— Входите,— отвечает Катунов.— Не хотите сыграть в шахматы? — спрашиваю я.— Заходи,— отвечает Катунов. Я захожу, сажусь напротив Анатолия Сергеевич, и расставляю фигуры. Мне уже доводилось играть с Катуновым. Конечно же я выигрывал.  Он играл слабо, где-то на уровне второразрядника. Поэтому Катунов особых надежд не питал. Мы начинаем играть. Первую партию я вчистую выигрываю. Анатолий Сергеевич начинает злиться. Снова расставляю фигуры. Начинаем играть вторую партию. И вот здесь я начинаю потихоньку «сливать» эту партию. Сначала «подставил» пешку, затем «зевнул» коня, но затем всё отыграл и свёл партию вничью. Катунов оживился, заметно повеселел. Начинаем играть третью партию. У Анатолия Сергеевича заблестели глаза, сейчас он мне покажет! И действительно, я снова начинаю потихоньку подаваться. Но еле-еле заметно, невзначай. То пешку подставил, то фигуру, а сам тяну время и невзначай поглядываю на часы. Скоро должен позвонить Юра с КПП. И точно, минут через 10 стук в дверь: заходит дневальный и говорит, что меня вызывают на КПП, приехала моя мать Это позвонил Юра.— Ладно,— говорю я,— здесь я всё равно проиграл, так что разрешите я пойду на КПП? — Идите,—Катунов расплылся в улыбке. Я собрал фигуры и пошёл на КПП. Там мы с Юрой постояли минут 15, покурили, и я снова пошёл в роту. Снова захожу в канцелярию и говорю Катунову: — «разрешите в увольнение?». Почва подготовлена, Анатолий Сергеевич пребывает в прекрасном настроении,— ещё бы! — выиграть у самого кандидата в мастера спорта!— Хорошо, идите переодевайтесь, а затем зайдёте ко мне за увольнительной. Я быстренько переодеваюсь и снова в канцелярию. И вот здесь я произношу то, ради чего всё и затевалось: — разрешите в до утра? Катунов - победитель, он — Юлий Цезарь! У него великолепное настроение! Он делает широкий жест победителя, так, наверно, дарил жизнь побеждённым Юлий Цезарь, или таким же жестом он даровал свободу рабам: — Идите! И я, радостно потирая руки, бегу на КПП, откуда мы с Юрой летим на вокзал и уезжаем: — он к жене, а я домой. В те времена блистал певец Юрий Антонов, и у него была замечательная песня «Крыша дома твоего», в которой есть такие замечательные слова: «мы все спешим за чудесами, но нет чудесней ничего, чем та земля под небесами, где крыша дома твоего». Я всё время скучал по своему дому, грустил, он мне часто снился, и несмотря на то, что дома в тот день я побыл всего где-то каких-то 4 часа, 5 часов в одну сторону, 5 часов обратно, но всё равно прикоснуться к родному дому — высшее счастье. Особенно это ценится, когда ты находишься вдалеке. Так я развёл своего командира роты и получил то, чего желал это был мой первый розыгрыш. Если бы я просто подошёл к нему и попросил увольнительную до утра,— он просто рявкнул бы на меня: «Не положено!». Я же взял хитростью — расположил к себе, поднял у него настроение, дал почувствовать себя победителем! Правда, мне пришлось ему податься, но чего не сделаешь ради увольнительной, ради того, чтобы увидеть лица своих дорогих родителей, глаза своей любимой девушки, да и вообще свои родные места, свой любимый город. «Мой родны кут, як ты мне милы, забыць цябе не маю силы»».

 

ДВА СЕРГЕЯ

 

Послевоенного училища я служил в воинской части, в которой вместе со мной служили ещё два офицера. Они были старше меня на год. Они прикалывались надо мной таким образом: вовремя обеда мы шли в столовую. Я становился первым в очередь за едой, они за мной. Брал еду и шёл ставить еду на стол, затем относил поднос, а они в это время быстренько насыпали в мою тарелку с супом соль, перец, горчицу. Когда я, вернувшись за стол, начинал есть суп — они весело смеялись. Им было смешно, им очень нравилось когда я, зачерпнув ложкой суп брал её в рот, и тут же скривившись выплёвывал её обратно в тарелку. Им было смешно, они не понимали, что оставляли меня без еды. Так продолжалось несколько дней. И каждый раз они весело смялись. Тогда я решил их проучить их же методом. Я становился за ними, и когда они относили подносы, я им насыпал все эти специи в их тарелки. Теперь уже они кривились и плевались. Я им объяснил, что так не разыгрывают. Это глупо и тупо. Никакого полёта мысли, никакой фантазии. Кто так разыгрывает? Пришлось мне задуматься, как их разыграть, на чём их «развести». Их обоих звали Сергеями. Первому Сергею я придумал следующее. В один из дней он заступал в наряд. После обеда те офицеры, которые заступают в наряд, идут в каптёрку и ложатся спать. Была зима, все ходили в шинелях, а шинели офицеров висели в канцелярии. Сергей отдыхал в каптёрке, а я в это время в канцелярии откручиваю от его шинели по звёздочке с каждого погона. У лейтенанта на каждом погоне по две звёздочки. Теперь же у него осталось по одной звёздочке. Я его превратил в младшего лейтенанта. Серёга встал, одел шинель, портупею и пошёл на развод. Вот здесь началась хохма: к нему бойцы обращаются не «товарищ лейтенант», а «товарищ младший лейтенант». После развода Серёга вбежал в канцелярию с криком: «Кто открутил мне звёздочки?». В канцелярии был только старшина, а на рабочем столе Серёги лежали две звёздочки. Я же в это время ушёл в штаб и оттуда через окно наблюдал за разводом и за всем происходящим. Сколько он не допытывался, но ему так и не удалось узнать, кто же его так разыграл. Когда я откручивал звёздочки, в канцелярии кроме меня никого не было. Второго Сергея я разыграл иначе. Солдаты жили в казарме, а служили на пункте (КПП), до которого из казармы нужно было идти минуты четыре. Однажды мы сидели в канцелярии, второй Сергей, которого я хотел разыграть, что-то писал. Я встал и вышел, не сказав куда. Сам же отправился на КПП. Там ежедневно дежурит дежурная смена — офицеры во главе с оперативным дежурным, и наши солдатики. Покрутившись немного возле офицеров, я зашёл к солдатам. Между помещением, где они служили находились офицеры, была стеклянная перегородка, то есть всё, что делается у дежурной смены,— всё было как на ладони. Я говорю одному из солдат, чтобы он позвонил в роту и вызвал лейтенанта Комиссарова на КПП — его, мол, срочно вызывает оперативный дежурный. Через минуту вбегает взъерошенный и испуганный Серёга, подходит к оперативному и докладывает: «Товарищ полковник, лейтенант Комиссаров по вашему приказанию прибыл!»Полковник смотрит удивлённо и говорит: — «А я вас не вызывал. Может вас кто-то другой вызывал». Серёга повернулся и пошёл восвояси, а я через стекло за всем наблюдаю и покатываюсь со смеху. На этот раз меня быстро вычислили. Ну и что, пусть знают как нужно разыгрывать, это вам не соль и перец в суп сыпать. И вообще, в армии особо не до розыгрышей, там работа тяжёлая, нервная — не до развлечений. Хотя относиться к любому делу нужно творчески, с выдумкой, фантазией. Был у меня один забавный случай, показывающий как можно даже в армии творчески относиться к повседневной жизни, службе. Солдаты, увольняющиеся домой, их ещё называют дембелями, как правило, получают дембельскую работу. Так и у меня двое дембелей получили дембельскую работу — отремонтировать канцелярию. Канцелярия — это то место, где сижу я и другие офицеры. За две недели они сделали ремонт, вечером пришли,— принимайте работу. Мы со старшиной посмотрели, всё вроде нормально. Ладно, хорошо, молодцы, наведите косметический блеск — и завтра домой. На следующий день приезжаю на работу, захожу в казарму и поворачиваю к канцелярии, а там уже стоит старшина и за ним военный оркестр! Я подхожу к старшине и он докладывает, что дембельская работа по ремонту канцелярии выполнена и подаёт мне красную подушечку, а на ней лежат ножницы. Беру ножницы и поворачиваюсь к канцелярии. Дверь открыта и натянута розовая ленточка. Старшина взмахнул рукой — и оркестр заиграл туш. Я перерезал ленту и вошёл в канцелярию. Но естественно, я был приятно удивлён и улыбался. Хорошее настроение мне было обеспечено на весь день. Так старшина проявил инициативу и творческий подход к простому, обыденному делу — дембеля всего лишь отремонтировали канцелярию. Но как всё организовал! Молодец! Обычному делу придал некую значимость, торжественность! Мелочь, а приятно! В этот же день солдаты уехали домой.

 

ЮРА

 

Следующий розыгрыш я осуществил, когда уже уволился из Вооружённых Сил и вернулся домой. Этот розыгрыш мне особенно запомнился, так как он был более сложен в своём исполнении. Бывают дни, когда ты просыпаешься в приподнятом настроении, светит солнце, поют птички, на душе радостно и весело! За окном весна! А потом ты ещё и вспоминаешь, что сегодня суббота, 1 апреля! Ты чувствуешь какой-то душевный подъём, кураж внутри, тебе хочется кому-нибудь позвонить, с кем-нибудь поговорить. И вот пребывая в таком приподнятом настроении, я подумал: а не разыграть ли мне кого-нибудь? Ведь сегодня 1 апреля? Подумав несколько минут кого и на чём можно «развести», я решил начать с моего друга Юры Супакова. С Юрой мы были знакомы более 20 лет. Вместе поступали в военное училище, жили в одной палатке, вместе постигали нелёгкую армейскую службу, вместе ели солдатскую кашу, хлебали солдатские щи. Армейский анекдот: «— Как Вас кормят в армии? —Хорошо. На первое — капуста с водой, на второе — капуста без воды, на третье — вода без капусты». Одним словом, он был мой давнишний  добрый друг, а теперь мы оба уволились из армии на гражданку. Анекдот: «— А что можно делать на гражданке? —Да всё, что угодно, если, конечно, гражданка не против». С него я и решил начать. Получится,—хорошо, а нет, так просто посмеёмся, поздравлю его с 1 апреля. Он мне как-то рассказывал, что его пару раз вызывали в налоговую инспекцию. Он занимался бизнесом и у налоговой возникли вопросы. Я решил попробовать на этом его и «развести». Снимаю телефонную трубку и набираю Юрин телефон, а сам еле сдерживаюсь чтобы не рассмеяться. Юра снимает трубку и говорит своим громким, грубоватым голосом:

— Алло. Я держу трубку в правой руке, а левой зажимаю нос чтобы придать голосу женские интонации и говорю: «Здравствуйте, это налоговая инспекция. Меня зовут Ольга Васильевна. Могу я поговорить с Супаковым Юрием Николаевичем?»

— Да, я слушаю,— отвечает Юра. Юра меня не узнал и я «начинаю входить во вкус»: — Мне нужно с Вами поговорить,—продолжаю я от имени вымышленной Ольги Васильевны,— не могли бы Вы подойти к нам? — Да, хорошо,— отвечает Юра,— Когда к Вам можно подойти? — Да в любое время. Вы можете подойти даже сегодня,— я начинаю «куражиться» — Я сегодня на работе.—Хорошо,— отвечает Юра — Я сейчас приду, где-то чрез час.— Очень хорошо, говорю я, Я буду на работе до 15 часов. Меня найдёте на 1 этаже, кабинет три. И кладу трубку. Какие я испытал эмоции! Просто восторг! У меня получилось, Юра меня не «вычислил»! Ощущения не передать словами! Целый день я проходил в лёгком нетерпении —мне хотелось поскорее узнать, чем же всё закончилось, как сходил Юра в налоговую? Вечером, примерно в половине девятого, я вышел на прогулку. Маршрут мой проходил как раз мимо дома, в котором живут Юрины родители. И вот судьба— навстречу мне выходит Юра! Просто какое-то провидение! Привет! Привет! Поговорив несколько минут о том — о сём, я друг у него спрашиваю: — Юра, я слышал тебя вызывали в налоговую? — Ах, так это ты меня разыграл! — воскликнул Юра. А я всё думал,— кто же меня разыграл? Я так и думал,— либо ты, либо второй парень, либо ещё есть один друг. А это оказался ты! Ну ты и гад! Мы весело посмеялись, затем я стал расспрашивать, как он сходил в налоговую? Юра рассказывает и смеётся: захожу, говорит, в налоговую и хожу ищу третий кабинет, и не нахожу. Людей никого нет, только за столом сидит человек, он и спрашивает меня: — Вы кого-то ищете? Я и говорю — так мол итак, меня пригласила Ольга Васильевна, она сказала, что находится на 1 этаже в третьем кабинете. А молодой человек и говорит: — А у нас нет такого кабинета на первом этаже. И вообще, сегодня никого нет кроме меня, сегодня выходной. Может над Вами подшутили, ведь сегодня 1 апреля? Юра рассказывает, что первая реакция была — сильнейшее удивление, а затем его охватил хохот! Ну надо же, какая сволочь так надо мной подшутила! И в таком недоумении пошёл домой. Спрашиваю: — А тебя не удивило, что звонила какая-то Ольга Васильевна? —Так моего налогового инспектора тоже зовут Ольга Васильевна! — воскликнул Юра. Ничего себе! — стопроцентное попадание! Всё сложилось удачно в этом розыгрыше,— ну просто всё, даже это! Когда я звонил Юре, Ольга Васильевна — это первое что мне взбрело в голову, наверно потому что в Питере у меня есть подруга, и её мать зовут Ольга Васильевна! Мы ещё постояли несколько минут — и разошлись. Когда я вспоминаю этот розыгрыш,— у меня на душе становится светлее. К слову сказать,—Юра жил в 5 минутах ходьбы пешком от налоговой, так что никаких угрызений совести я не испытываю за то что я отправил Юру в налоговую,—ничего страшного, прогулялся. Как то раз я рассказал о этом розыгрыше нашему общему знакомому. Он меня затем спрашивает: — И Юра не дал тебе за это по морде? Я удивился: — У Юры с чувством юмора всё нормально. То есть люди по разному могут реагировать на твои розыгрыши — один посмеётся вместе с тобой, а другой ещё полезет драться, если у него туго с чувством юмора.

Проза @ ЖУРНАЛ ЛИТЕРАТУРНОЙ КРИТИКИ И СЛОВЕСНОСТИ. - 2014. - №7. - июль.

 

Послать рукопись, сообщение, комментарий

 

 

 

Рейтинг@Mail.ru

 

 

  

©2002. Designed by Klavdii
Обратная связь:  klavdii@yandex.ru
Последнее обновление: июля 02, 2014.