Андрей  Клавдиевич  Углицких:  Журнал  литературной  критики и словесности    

ЖУРНАЛ ЛИТЕРАТУРНОЙ КРИТИКИ 

И СЛОВЕСНОСТИ

основан в декабре 2001 года

Главная страница

Новости

Содержание

Проза

Поэзия

Критика и публицистика

Журнальные обзоры

Обратная связь

Наши авторы

 

Блоги писателя А.Углицких:

 

"Живой журнал"

 

"Писатель Андрей Углицких"

 

 

 

Об авторе: Башкиров Денис Викторович, псевдоним - Гордиевский, русский, родился в г.Кишиневе.
Зоолог - специалист по особо опасным животным.
Занимался изучением и разведением персидских леопардов
и редкими видами крупных хищных птиц.
В последние годы работал в области биохимии в Институте Генетики АН.

Публиковался в газетах и журналах: "Днестр", "Коммунист", " Коммерсант", "Литературный Башкортостан", "Современная Литература", "Наше Поколение", "Южная Звезда" и других периодических изданиях

 

Денис Башкиров 

 

ПРОЩАНИЕ С РЯБИНАМИ КИШИНЕВА

 

Три стиха и немного прозы

Меня напечатали в прессе,

Три стиха и немного прозы.

 

Старый друг мой умер в Одессе,

В объятиях туберкулеза.

 

А я в Петербурге хмуром,

Серебрю свою жизнь и брови.

 

Как-то ночью, быть может утром,

Мне приснилось, что я в …Молдове.

 

Все бегу по траве за другом,

Одуванчики не сминая…

 

И под солнцем, над жарким лугом,

Мы о том, что нас ждет, не знаем.

 

Вдруг застыли слова и звуки,

В даль открылась змея-тропинка.

 

Ну, вперед? Но упали в руки,

Капли теплые, с легкой горчинкой.

 

Летний дождь? Нет, проснулся…слезы.

Боже, как я хочу в Одессу.

 

Меня напечатали в прессе,

Три стиха …и немного прозы.

 

 

 

Соломенный город

 

Ты подарил мне соломенный город,

Спит он в руках у вечерних туманов,

Где-то в карманах семи океанов,

В странах, где царствует Осени холод.

 

В городе плачет танцующий замок,

Бродят по улицам сны и мечтанья.

Как же пуглив, но так нежен и ярок,

Свет звездных глаз из глубин мирозданья.

 

Ты подарил мне соломенный город,

Юности грустью покрытые крыши,

Ветер поет и его песню слышит,

Каждый, кто верует в то, что он молод.

 

В лунной бескрайности город проснется -

В книге дорог, на странице скитаний.

Знаю, что болью в душе отзовется,

Стук сердца города – тихий и дальний…

 

 

На вдохе…

 

На вдохе – жизнь, свет, радость…

Легкие шаги апреля.

И все, что вдали осталось,

И то, что излечит время.

 

На вдохе – сон молочая,

Связавший опять воедино:

Все то, что лежит у края,

И то, что неизмеримо.

 

На вдохе – шелест тревоги,

И память о том, как слепо

Споткнувшись об зов дороги,

В полях заблудилось небо...

 

Я верю: в руках заката,

Под гребнем волны прощанья

Вдохну все, что знал когда то...

...и затаю дыханье…

 

 

К минаретам Детства...

 

 

У дверей минаретов Детства,

Уставшие спят Драконы…

 

Я ночь получил в наследство,

И отломанный зуб короны,

 

Сапоги из болотной глины,

И сюртук из бумажной пряжи...

 

Шел я к Детству дорогой длинной,

Но меня не впустили Стражи.

 

На минаретах строгих -

Голос царит Рассвета…

 

Как в них взойти, убогим

Тем, кто не знает света?

 

Тем, кто во тьме кромешной,

Спрятался в юбках вьюги,

 

Ночь шьет колпак потешный

Из пряжи снегов… разлуки…

 

И дарит знак вересковый,

В ладонях дождя хрустальных…

 

А значит – вновь в путь мне новый,

В страну минаретов дальних…

 

 

Уголек, плывущий по реке и луна

 

 

Я уголек, плыву в реке,

Все в даль, все в даль…

 

А в небе тает вдалеке,

Луны фонарь…

 

И мне поет, в ночном пути,

Речной камыш…

 

Тепло огня в моей груди,

Зачем ты спишь?

 

На перекрестке меж миров -

- Вода, вода…

 

Луна летит в потоке снов…

- Скажи, куда?

 

 

Чайник кипит...

 

Чайник кипит, злится, ворчит -

В жарких объятьях плиты.

Чайник кипит –он говорит,

На всех языках воды.

 

А в доме луна, бьет зеркала,

На сотни осколков грез.

И занемог, и упал на порог -

Ослепший от слез мороз.

 

Где-то в дали, жгут фонари

Образы летних снов.

Где-то внутри, проснулись в груди –

Птицы забытых слов.

 

А чайник кипит, он неутомим,

В желании мне рассказать:

- Если ты жив, то кем-то любим,

И есть время – любить и…ждать!

 

 

Моя Коломбина

 

Моя Коломбина живет,

В мечтах из сигарного дыма,

И губ ее сладостный мед,

Пьет оперный бас из Берлина.

 

Бас толст и доволен собой,

Носит часы на цепочке.

И прячет в карман потайной,

Фото жены и двух дочек.

 

А в розах слились в синий лед,

Весенние слезы разлуки.

И ищет, никак не найдет,

Рассвет любви тонкие руки.

 

По ниточке зыбкой тепла -

Бежит он от зла и устоев.

В бездонную пропасть окна,

В страну старых книжных героев.

 

А в прядях персидских ковров,

Потеряны кольца и броши.

И змеи отравленных слов,

Скользят по улыбкам прохожих.

 

 

 

 

 

Внутри стекла

 

Внутри стекла путь близок и далек,

Мне внутрь стекла назначишь ты свиданье.

Внутри стекла мерцает огонек,

на тающем флагштоке ожиданья.

Внутри стекла,

я внутрь себя бегу -

Путем Алисы.

Сказочно и жутко,

В прозрачном заколдованном кругу -

Застыть лучом в недвижном промежутке.

Внутри тебя,

Стеклянные глаза,

Глядят на мир легко и отчужденно.

И лунным светом катится слеза,

В пылинке ночи, медленно и полно.

Внутри себя я вижу образ твой,

Блуждающий в зеркальном отраженье.

И внутрь стекла я помашу рукой,

Несбывшейся надежде на сближенье...

Не говорить по-французски…

 

Не говорить по-французски

И напротив,

Искать утешения плоти,

В старом добром бургундском...

Не говорить на английском

Напрасно,

Говорить о свободе прекрасной,

За шнапсом в плену арийском.

Не говорить по-фламандски,

Заранее,

Составить Гезам послание,

На сапожке испанском.

Но в объятьях доверчивой блузки,

Со сломанной красотою,

Запить, заболеть душою,

И вдруг зарыдать по-русски...

 

 

Прощание с рябинами Кишинева

 

Сквозь ночь, шум шагов

осторожных

Тумана. В дыханье рассвета

Привкус черешен дорожных,

С ароматом ушедшего лета.

Чувствуя горечь разлуки,

Странствую по воспоминаньям.

Улиц шершавые руки

Отвечают мягким касаньем.

И от радости ли, от надежды,

От предчувствия ли, раскаянья,

Рябина в красной одежде,

Как цыганка махнёт на прощанье…

 

 

Рождество

 

Ребенок спит,

У тихой колыбели,

Склонились ночь и месяц молодой.

А Млечный Путь сверкающей рукой,

Наполнил звездами аквариум купели.

Под Рождество,

Под долгий путь волхвов,

Под сонное дыхание рассвета.

Ребенок уплывает в царство снов,

На крыльях ангела, на паутинке света.

И звездные уходят корабли,

Из старой книги гавани. Под утро,

Пусть первый луч декабрьской зари,

Его окрестит ласково и мудро.

 

 Рейтинг@Mail.ru

 

 

  

©2002. Designed by Klavdii
Обратная связь:  klavdii@yandex.ru
Последнее обновление: января 28, 2012.