Андрей  Клавдиевич  Углицких:  Журнал  литературной  критики и словесности    

ЖУРНАЛ ЛИТЕРАТУРНОЙ КРИТИКИ 

И СЛОВЕСНОСТИ

основан в декабре 2001 года

Главная страница

Новости

Содержание

Проза

Поэзия

Критика и публицистика

Журнальные обзоры

Обратная связь

Наши авторы

 

Блоги писателя А.Углицких:

 

"Живой журнал"

 

"Писатель Андрей Углицких"

 

 

 

Александр Абрамов (Москва)

 

Картинка 284 из 1430

 

Сведения об авторе: Абрамов Александр Анатольевич – доктор физико-математических наук, профессор Московского государственного института электронной техники. Родился в г. Брянске в 1941 г . Окончил физический факультет Воронежского госуниверситета. С 1966 г . пишу стихи. В последние годы написал несколько эссе о поэзии и поэтах. Статья о поэте Борисе Рыжем опубликована в английском альманахе «Альбион» №1 (2008). Статья «Кого можно называть русским национальным поэтом» опубликована в журнале «Аврора» №1 (2009). Мемуары об отце (А.М.Абрамове) опубликованы в книге «Лирика и эпос одной судьбы», изданной в Воронеже в 2007г. Стихи публиковались в нескольких антологиях («Дыхание земли» (2006), «Земляки» (2009)) и коллективных сборниках. Имеется также литературная публикация в журнале «Знамя» (конференц-зал «Литература non fiction», 2003г.). Есть пять публикаций в Интернетовском «Журнале литературной критики и словесности» (сентябрь, октябрь, ноябрь 2008г., апрель, май 2009г.) .

Адрес и телефон: 123458 Москва, Таллиннская 32-1-151, дом. тел.: 757-75-47, раб.тел.

8-499-720-85-58, моб. тел.: 8-909-639-88-02 E-mail: abramov-miet@mail.ru

Мир говорит на русском

(Поэтические антологии Владимира Тугова)

 

Мне мил стихов российский жар.

Есть Маяковский, есть и кроме…

Сергей Есенин

 

Стало общим местом утверждать, что русская поэзия сейчас находится в кризисе. Имеются в виду, видимо, следующие обстоятельства. Упал интерес к поэзии у многих, кто раньше гонялся за поэтическими сборниками, ходил на шумные выступления поэтов в многолюдных залах. Практически невозможно назвать сейчас поэта с такой прижизненной славой, какая была, например, у Есенина, Маяковского и Высоцкого. Уже мало вспоминают замечательных поэтов военной поры (Твардовский, Исаковский, Дудин, Орлов и др.). Кумиры шестидесятых (Евтушенко, Вознесенский, Ахмадулина) как-то в последнее время сникли, и их новые произведения никакого прежнего ажиотажа не вызывают. Безвременно ушли из жизни главные представители плеяды поэтов в некотором смысле бывших антиподами упомянутых выше кумиров. Это поэты, относящиеся к той ветви поэзии, которую условно называли «тихая лирика». Поэты, о которых замечательно писал Вадим Кожинов, а именно Рубцов, Соколов, Жигулин, Прасолов, Кузнецов.

И всё же упадок русской поэзии в наше время является относительным. Есть очень много хороших поэтов, и только время покажет, можно ли кого-нибудь из них назвать великими. Россия остаётся страной поэтической. Интернетовский сайт "Стихи.ru" демонстрирует это как нельзя лучше. Количество публикующихся на этом сайте стихотворений растёт с огромной скоростью не по дням, а по часам. Естественно, при таком количестве говорить о равноценном качестве не приходится. Но даже на этом сайте можно найти прекрасные стихотворения и отличных поэтов. Издаётся просто огромное множество персональных и коллективных поэтических сборников. Существует также большое количество литературных объединений.

Одно такое объединение функционирует в подмосковном Зеленограде. Это «Зелит», руководит которым Игорь Андреевич Голубев – известный переводчик Омара Хайяма, поэт, прозаик, член Союза писателей Москвы. Иногда занятия этого литобъединения проводит Владимир Семёнович Тугов – член СП России, который, помимо того, что сам пишет стихи, также издаёт поэтические книги. Владимир Тугов – человек поистине русского размаха. Выпустив из печати в течение 1998 – 2007 г .г. восемь антологий поэзии, редактором которых выступал И.А.Голубев, В.С.Тугов в настоящее время предпринял смелую попытку издания четырёх новых антологий поэзии под общим названием «Мир говорит на русском». В 2009 г . первая из этих антологий под названием «Земляки» («Ладомир», Москва, 2009г.), далее цитируемая как (4), уже вышла из печати. Презентация этой книги состоялась в Центральном доме литераторов в Москве 6 июня 2009 г . В этой увесистой книге (1100 страниц) содержатся стихи 170 поэтов из 24 стран.

Первые несколько антологий В.С.Тугова в значительной степени базировались на стихотворениях, написанных участниками литературного объединения «Зелит», в остальных – состав участников был уже значительно шире. В частности, в антологии (4) участвуют только два члена объединения «Зелит»: сам составитель и автор этой статьи. Всего в девяти антологиях В.С.Тугова представлены стихи около полутысячи поэтов. Вообще говоря, как и многие другие понятия (университет, академия и др.), понятие «антология» в современной России сильно размыто. Появилось значительное количество антологий, которые ни по составу авторов, ни по уровню представленных в них произведений не сопоставимы, например, с известными антологиями Евгения Евтушенко и Владимира Кострова. Если не принимать во внимание этот терминологический казус, то всё-таки появление объёмных коллективных поэтических сборников позволяет большому количеству не обязательно крупных поэтов поискать своего читателя.

Можно было бы, конечно, попенять составителю и редактору рассматриваемых ниже антологий на слишком большой разброс уровня представленных в них стихов. В этих книгах соседствуют совершенно великолепные стихи и стихотворения практически любительские, представляющие интерес, может быть, только для близкого окружения их авторов. Однако есть и другая точка зрения. В настоящее время и всей России, и, в частности, русскому языку приходится несладко. С учётом этого обстоятельства разве можно не приветствовать попытки объединить людей, влюблённых в русский язык и в русскую поэзию, в некий поэтический интернационал. Я лично рассматриваю создание рассматриваемых «антологий» именно как такую весьма интересную и удачную попытку. При этом отбор стихов в рассматриваемых «антологиях» производился профессионалами и горячими любителями поэзии. Поэтому, не смотря даже на отсутствие в обсуждаемых антологиях некоторых самых известных в России имён, произведения многих представленных в них поэтов заслуживают самого серьёзного внимания со стороны истинных любителей поэзии.

Цель нашей статьи – привлечь внимание читателей к некоторым на наш взгляд весьма интересным авторам и произведениям в последних наиболее удачных четырёх антологиях В.С.Тугова.

В антологии «Возвращение» (изд. «Ладомир», Москва, 2004г.), далее цитируемой как (1), напечатаны 8 стихотворений умершего в 2005г. прекрасного поэта Николая Дмитриева. По мнению Юрия Полякова это – один из лучших поэтов конца XX и начала XXI веков. Н.Дмитриев – поэт беспокойной совести, с острым чувством родины, России. В стихах из (1) эти его чувства выражены ярко и в замечательной художественной форме. Вот в стихотворении «Отцовский дом» автор описывает опустевший, заросший крапивой, отчий дом, за который «предлагали много мне за дом, предлагали с деланной печалью». Какая искренняя и понятная трагедия: в доме «оставаться – дико, а уйти – встать и выйти – дико, дико, дико!». Вот поэт ищет покоя на чердаке деревенского дома: «Здесь тихо так, что слышно всё в селе, а если приподняться – и в России». Хочется процитировать Ю.Полякова (ЛГ, №29, 2005г.), написавшего о поэзии Дмитриева следующее: «В его стихах есть то щемящее совершенство, та влекущая сердечность, та словесная тайна – в общем, всё то, что заставляет вновь и вновь возвращаться к его строчкам, которые постепенно, неуловимо и навсегда становятся частью души читателя, облагораживая и возвышая её. А ведь, по сути, для этого и существует Поэзия».

В этой же антологии (1) представлен также замечательный поэт из Архангельска – Александр Росков, которого, как и Дмитриева, можно отнести к есенинско-рубцовской ветви русской поэзии. В его стихах также присутствует острая боль о погибающей ныне русской деревне:

 

Деревушка давно опустела,

и от нашей избы – ни следа,

 

ни бревна от неё, ни щепины,

ни обломка кирпичной трубы, –

только заросли дикой малины

по периметру бывшей избы.

 

И вкусивший от древа познанья

и постигнувший смысл бытия,

неподвижным стою изваяньем

у малинника этого я,

 

размышляя, куда всё девалось,

почему край заброшен и пуст,

и от мира былого осталось

только этот малиновый куст?

 

Все девять стихотворений А.Роскова, напечатанных в (1), достойны цитирования. Это и стихи о детстве поэта, и трогательное стихотворение «Увозили деда в богадельню…», и замечательное стихотворение «Памяти Николая Рубцова» и др.

В антологии (1) и в антологии «Дыхание земли» (изд. «Ладомир», Москва, 2006г.), далее цитируемой как (2), представлено 11 стихотворений Эдуарда Балашова. В начале творческого пути этого поэта высоко оценил Вадим Кожинов, напечатав большую подборку его стихов в известной книге «Страницы современной лирики» («Детская литература», М., 1980 г .). В (2) Э.Балашов посвятил В.Кожинову замечательное стихотворение «Исповедальный романс»:

 

На руинах роскошной эпохи,

На обломках погибшего дня

Я поверил в заёмные крохи,

В жизнь без крова и в даль без огня.

 

Привязался к бродячей собаке,

Презирающей службу и цепь.

По кутам и заходам во мраке

Замотала нас старая крепь.

……………………………..

Никого нет: ни друга, ни брата.

Ничего мне никто не простит,

И душа, как жена эмигранта,

По фамильному саду грустит.

 В каждом стихотворении Эдуарда Балашова всегда присутствует глубокая или, по крайней мере, интересная мысль. Его стихи пронизаны любовью ко всему живому. Его девиз: «Любить, любить, на всех путях любить – протягивать упавшим милосердие».

В антологии (2) привлекают внимание также талантливые стихи известного поэта Геннадия Русакова, отличающиеся пронзительной сердечностью. Как он написал в одном своём стихотворении «Я дорос до печалей моей непосильной страны…». На самом деле он не просто дорос, но и постиг глубоко эти печали, чтобы написать о них проникновенную правду. Высокая требовательность к себе сочетается в его стихах с горячим сочувствием к другим людям, к следующим поколеньям поэтов: «Поэты нарабатывают боль…Недолгие попутчики, мальчишки!…И если бы, и если бы я мог, я б вас укрыл от этого взросленья!» В то же время в откровенном интервью с Натальей Игруновой («Дружба народов», №8, 2008) Русаков говорит, что, может быть, только благодаря трагическому сиротскому детдомовскому детству, он состоялся как поэт, и, как это не страшно звучит, именно такого трагического детства не хватает его сыну, чтобы стать настоящим человеком. Можно сравнить судьбу Русакова с судьбой Николая Рубцова, оказавшегося сиротой при живом отце, и которого жизненные обстоятельства, в конце концов, сломали как человека, но зато сыграли не последнюю роль в том, чтобы его творчество вознеслось на потрясающую высоту. В аналогичных обстоятельствах Русакова спасло письмо к Сталину, после которого мальчика-сироту зачислили в Суворовское училище, и дальше его жизнь вошла в более или менее нормальную колею. Действительно, этот суровый факт, когда перенесённые страдания переплавляются в высокое искусство, характеризует жизнь и творчество очень многих великих художников (Вийон, Верлен, Байрон, Ван-Гог, Высоцкий…Это перечисление можно продолжать и продолжать). Стихи Геннадия Русакова объёдиняет общая тревожная интонация, касается ли это его личной жизни, морально-этических, эстетических или каких-то ещё других проблем. Вот цитаты из его стихотворений: «И нет мне сна, и я встаю в ночи…»,

 

О, Господи, когда же я уйду

и отделюсь от этой смертной жали,

от этой злой, измученной земли

с таким кургузым и чухонским небом…

 

или ещё

 

гляжу в твоё лицо поверх моих столетий:

я в этом не жилец, но то веду в узде,

за подлости его по-прежнему в ответе.

………………………………………..…

Я пепел ворошу и сплю на пепелище,

обратно воротясь из поисков родства…

Но жалко, что меня уже никто не ищет.

 

Стихи Геннадия Русакова ставят много вопросов, не давая ответов на них. В этой связи мне вспоминается ситуация из жизни великого физика – Энрико Ферми. Он однажды послал статью в журнал в соавторстве с несколькими своими учениками. Статья была посвящена физике элементарных частиц. Ученики спросили Ферми, почему он посылает в печать явно незаконченную статью, в которой нет решения поставленных в ней задач. Ферми ответил: «Задачи решают студенты, а учёные ставят проблемы». Представляется, что давать готовые, жизненные рецепты – удел посредственных поэтов, к которым Геннадий Русаков, конечно, не принадлежит.

В ярких стихах Александра Васюткова, представленного в (1) и (2), преобладают мотивы отчаяния, охватывающее поэта при виде того, что происходит с нашей страной в последние годы. Это отчаяние настолько велико, что А.Васютков, например, пишет:

 

Как много глаз,

                          гниющих вишен,

Как много чёрного вина.

Страна воров и нуворишей,

Ты больше не моя страна.

 

Или вот ещё одно его же стихотворение:

 

Трава сквозь прорванные швы

Разрушенной цивилизации…

На диком западе Москвы,

В зеленоградской резервации,

Живу себе абориген,

Как в винной бочке Диоген.

Во мне живёт моя Москва!

А вы, скупившие столицу,

Так и останетесь провинцией,

Без роду-племени трава…

 

Много интересных стихотворений можно найти у составителя обсуждаемых антологий – Владимира Тугова. Его стихи широко представлены во всех антологиях. Их характеризует, как правило, предельная искренность, доверительная интонация. Вот стихотворение «Сон», разделившее первое место в интернетовском конкурсе на лучшее стихотворение на религиозную тему («Филаретовский конкурс», 2000):

 

Мне снился сон: меня в печали

от церкви братья отлучали.

 

В каком-то чёрном облаченье

я сам молил об отлученье.

 

И, хмуро глядя на распятья,

просил не милости – проклятья.

 

А после плакал. Молча. Горько.

Ведь было выстрадано сколько!

 

Потом – за посох. И в дорогу.

Мой путь был труден, слава Богу…

 

У В.Тугова много отличных стихов о любви: «Когда лежишь, как запятая, поджав колени к животу…», «Кенгуру», «Мы вновь одни в натопленной избе…» и др. Во многих интересных стихах предстаёт богатая биография автора: Урал, Сибирь, Сахалин…

В антологии (1) бесспорно заслуживают внимания также стихи Валерия Рубина, Руслана Лабунского, Валерия Возженникова, Алексея Дьячкова, Владимира Ивелева, Владимира Погодина, Юрия Петрунина. Много интересных стихотворений можно найти у Игоря Кабаргина, Константина Васильева и Александра Сорокина, напечатанных в антологиях (1) и (2).

Один из самых талантливых поэтов «Зелита» – Владимир Журжин представлен практически во всех антологиях В.Тугова. У него немало пронзительных стихотворений о русской природе, интересных психологических наблюдений, ярких пародий, короткостишей. Я полагаю, что Владимир Журжин вполне выполнил программу, намеченную в одном из его стихотворений:

 

В костре горят смолистые поленья

И излучают доброе тепло,

Тепло, накопленное поколеньем,

Которое отжило и ушло.

 

Я у судьбы прошу удачи малость:

Чтоб не совсем впустую жизнь прошла,

Чтоб на земле и после нас осталась

Хотя б толика малая тепла.

 

При близком знакомстве с человеком и поэтом Игорем Голубевым прежде всего поражает необозримая широта его интересов, чисто русский размах сделанного им. Десятки лет, отданные на изучение и переводы Омара Хайяма. Деятельность, получившая завершение уже десятками изданий книг Хайяма в переводах Голубева российскими и зарубежными издательствами. Голубеву принадлежат интересные научные гипотезы в разных областях различных наук. Количество написанных им стихотворений и поэм очень велико. Справедливости ради следует сказать, что качество написанного разнится весьма сильно: рядом с очень удачными произведениями соседствуют и существенно более слабые. Впрочем, даже и в не слишком удачных произведениях обычно можно найти интересные мысли и наблюдения или интересную информацию. Это интенсивная работа, как и ещё у многих очень известных и малоизвестных русских творческих людей, у Игоря Голубева идёт на фоне очень не простых жизненных обстоятельств и на протяжении большей части жизни неустроенного быта. Большое количество стихотворений Голубева автобиографичны и «этим интересны». Из приводимых ниже цитат это будет, как я надеюсь, ясно.

 

Побывал. Повидал. Побродил по Саянам

(это так и останется сном постоянным),

несмотря на сегодняшний нищенский вид,

знаю, что за Хайяма не буду забыт.

 

Или вот ещё:

 

Вот я возвращаюсь домой – но куда?

Моих полунищих домов череда

не станет мне домом уже никогда.

Событий, занятий и жён чехарда

другого смогла бы сгубить без труда,

но жизнь это жизнь, это просто страда,

где год, словно день, где и век – ерунда,

где лишь урожай подбивает черту,

не ту, что мечталось, но, в сущности – ту.

 

Выделяются в (2) и стихи уже ушедшего от нас Вадима Попова (1925-1991) – человека трагической судьбы, проведшего более 10 лет в лагерях, реабилитированного в 1956 г . Человека, не сломленного обстоятельствами, до самой смерти верящего в своё высокое предназначение:

 

Словно дерева лист, словно почка,

словно тень тех цветов, что цвели,

я, быть может, последняя точка

в общем замысле жизни Земли…

 

По настоящему искренни и свежи стихи Александра Косырева и Владимира Лактионова из антологии (2). Вот, например, одно небольшое стихотворение А.Косырева:

 

Я помню, как черёмуха цвела

В конце весны, за пять минут до лета,

Какая ты красивая была

В слепящем платье солнечного цвета.

 

Я веток наломал, и на столе

Надежда на любовь благоухала.

В ту ночь одни мы были на земле…

Ты первая меня поцеловала.

 

В антологиях (1), (2) и антологии «Форма огня» (изд. «Ладомир», Москва,

2007 г .), далее цитируемой как (3), широко представлены поэты – женщины. Известно, что когда при Николае Гумилёве хвалили поэзию его жены – Анны Ахматовой, он обычно говорил: «она ещё и крестиком вышивает». Подобное говаривал и Юрий Кузнецов о стихах Ахматовой, а о стихах Цветаевой Кузнецов говорил, что это стихи неврастенички. Позицию этих мужчин – поэтов трудно понять, и ещё труднее с ней согласиться. В рассматриваемых антологиях очень много интересных в разных отношениях стихов, написанных женщинами. Есть простая сердечная душевная лирика Хелены Кайзер, Лидии Потешновой, Ирины Хроловой, Анны Черенковой, Натальи Васильевой, Елизаветы Высоченко, Натальи Никоновой, Ларисы Желенис, Елены Захаровой, Аллы Беловой, Елены Камшилиной, Валентины Поповой, Татьяны Русаковой, Людмилы Туровской, Елены Ивановой, Татьяны Кадниковой Дарьи Лебедевой и других интересных поэтесс. Есть более изощрённая поэзия таких поэтов – женщин, как: Татьяна Кравченко, Лидия Лебедева, Анастасия Ермакова, Любовь Новикова, Светлана Сырнева, Елена Дунаевская, Александра Сикирина, Анна Иванова, Мария Ватутина, София Вето, Анна Асонова, Татьяна Бек, Анна Сазикова, Татьяна Стамова, Ирина Суглобова, Инна Старикова, Александра Калинина, Татьяна Шипошина, а также Мария Игнатьева и Юлия Моркина, представленные ещё и в (4). Есть по-мужски суровая лирика Ирины Киселёвой. Есть интересные стихи женщин-бардов Ларисы Юдиной и Татьяны Яковлевой. Исполняемые под гитару их песни производят незабываемое впечатление. Кстати, в (2) представлен большой цикл стихов известного барда Сергея Салтыкова (1931-2000).

Автор заранее просит прощения за качество приводимых в статье списков. Ясно, что в этих списках поставлены рядом очень разные по стилю, по уровню, по темпераменту и по другим параметрам поэты. Также при таком обилии поэтов, представленных в (1) – (4), просто невозможно упомянуть всех достойных. Могу сказать только то, что все упомянутые в этих списках, действительно представлены интересными стихотворениями, некоторые из которых просто великолепны.

На творчестве некоторых поэтесс хочется остановиться поподробнее. Надежда Солнцева, представлена в (2) и (3) тридцатью стихотворениями. Один питерский поэт – сноб, когда его знакомили с каким-нибудь новым поэтом, говорил ему: «Ну, прочтите две ваши строчки». Я полагаю, что Надежда Солнцева с успехом выдержала бы это испытание. У неё много строчек, по которым можно сразу определить настоящего поэта: «На свет родиться – это мало. Жить нужно, свет свой не тая… Во времени располагайтесь, как дома, как в кругу семьи. Не суетитесь, не толкайтесь. Все современники, свои…». Или ещё

 

Вот старый дуб растёт как взрыв,

с могучей шевелюрой,

полнеба нам загородив

своей большой фигурой…

 

Или вот из другого стихотворения:

 

Тропинка может прыгать,

пыхтеть, хвостом вертеть,

ползти, скакать, чирикать

и даже улететь!..

 

Отличительные особенности поэзии Н.Солнцевой – это, наряду с интересными метафорами, настоящей лиричностью, почти в любом стихотворении присутствует неожиданная смелая мысль, озаряющая стихотворение. Её можно цитировать и цитировать. Отличные стихотворения: «Юность», «Зачем тебе ореховая ветка», «Я пришла очень рано…», «Земное небо», «Мы также, как волны, мечтаем уйти из своих берегов…» и др. Вот стихотворение «Меня принимают в птицы». В этом небольшом стихотворении за нехитрым сюжетом Солнцевой удаётся вскрыть целый философский пласт – отношение человека к жизни, к учителям, к свободе. Такое удаётся только очень большим поэтам.

Яркая поэтесса, многие стихотворения которой заставляют вспомнить лирику Марины Цветаевой, – врач-невропатолог, родившаяся в Казахстане и ныне проживающая в Кёльне, – Ольга Олгерт. В антологиях (3) и (4) напечатано 31 её стихотворение. Это поэт очень широкого диапазона. У неё можно найти и замечательные стихи о любви, и талантливый гимн русскому языку: «Где же ты, Ной…», и глубокие философские мысли. Пожалуй, главное, чем привлекают многие её стихотворения – это то, что при их чтении ощущаешь волшебство настоящей поэзии. Только из-за относительно большого объёма не привожу здесь целиком стихотворение «Ты – мой рассвет…». Вот две строфы из него:

 

Ты – в каждом дереве и в пенье

Печальных птиц, в шуршанье трав,

Ты – первое благословенье

Моей смешливости с утра.

 

Ты – боль прощаний всех вокзалов,

Всеосвящающий фонарь,

Луч солнца, греющий подвалы,

Хранящий сказку чудный ларь.

 

Хочется процитировать целиком такие замечательные стихи, как «Упала осень в рыжую траву…», «А небо – это пруд в кувшинках звёзд…», «А ночь из окна такая…», «Набухли тучи тайнами дождя…», «Найти б дорогу в край, где пахнет счастьем…» и многие другие. Но, думаю, что я достаточно заинтриговал истинных любителей поэзии, чтобы им самим захотелось познакомиться с поэзией Ольги Олгерт.

В антологии (3) несколько своих стихотворений напечатал известный прозаик Андрей Битов. Судя, например, по следующему стихотворению

 

Приснилась истина нагая

С косой до задницы нагой…

И вдруг она уже другая:

С оскалом волчьим и косой.

 

И так всю ночь она шагала

Косой диагональю сна:

То соблазняя, то пугая,

Красавица и Смерть сама.

 

А.Битову поэзия совсем не чужда. Игра с многозначностью русских слов в поэзии оказывается интересней, чем в прозе.

Девятью стихотворениями в (3) представлен Тимур Кибиров. Автор известной поэмы «Сквозь прощальные слёзы» предстаёт и в этих стихотворениях как виртуоз (если не сказать жонглёр) русской речи (смотри в этой связи стихотворение «Хорошо бы сложить стихи исключительно из чепухи…») и мастер цитирования избитых выражений (смотри стихотворение «Жить и вправду стало лучше..»). Впрочем, беспощадная искренность в стихотворениях «Баллада о солнечном ливне» и «Романс Черёмушкинского района» ближе к настоящей поэзии, чем остроумная игра словами.

В антологии (3) выделяются талантливые стихи Михаила Берковича, Игоря Меламеда, Дениса Новикова, Аркадия Сарлыка и Александра Файнберга. В стихотворении, посвящённом судьбам России, Денис Новиков пишет:

 

Подумаем лучше о наших делах:

налево – Маммона, направо – Аллах.

Нас кличут почившими в бозе,

и девки хохочут в обозе.

Поедешь налево – умрёшь от огня.

Поедешь направо – утопишь коня.

Туман расстилается прямо.

Поехали по небу, мама.

 

Звучит апокалиптически, но очень похоже на правду. Интересны размышления о поэзии в стихотворении Аркадия Скарлыка «В ожидании потопа»:

 

Дождь будет так яростно прост,

Как ветхозаветная проза.

Поэзия – это вопрос,

Точней, безответность вопроса…

 

Ты струи губами лови

В предчувствии знойного лета.

Поэзия – выше любви!

Поскольку не ищет ответа…

 

Живущий в Израиле Михаил Беркович пишет:

 

 Что значит Тель-Авив и что Москва?

Что чаянья мои и что – слова?

Зачем меня сибирские метели

 

Влекут, как наркомана анаша?

И почему в моём еврейском теле,

Как птица в клетке – русская душа?

 

Вопрос русско-еврейской идентификации мучит многих и не только эмигрантов. Живущая в России София Вето в нескольких своих стихотворениях из антологии (3) обсуждает эту проблему и решает её так:

 

Ну, подалась бы я в Израиль,

Лелея половину крови.

Взглянула б на цветущий рай,

Поправила бы там здоровье.

 

Земли увидела бы соль,

Ту, что скопилась в Море Мёртвом…

Но не сравниться древним столь

Устоям – с русскою аортой…

 

Обсуждение наиболее в художественном отношении интересной антологии (4) предварим следующим введением. В связи с трагическими событиями, произошедшими в нашей стране в последние десятилетия, множество талантливых людей из бывшего СССР оказались за рубежом. В результате большое количество  учёных (физиков, математиков, биологов и т.д.) работают в западных фирмах, колледжах, университетах. Поэтому сейчас в западных научных журналах большой процент авторов – это бывшие наши. Это, кстати, ситуация всеобъемлющая. Чуть ли не ежедневно по радио и ТВ рассказывается о происшествиях на море (пиратство и т.д.), причём команды на суднах под самыми разными флагами часто состоят из русских, украинцев и прочих тоже наших. Множество талантливых спортсменов, музыкантов осели за рубежом. Победители конкурсов песни «Интервидение» последних лет из разных стран оказываются выходцами из бывшего СССР. Оказывается, что сказанное в полной мере касается и гуманитариев, в частности, поэтов. Достаточно известны такие русские поэты – эмигранты, как Межиров, Елагин, Чиннов, конечно, Бродский и ещё кое-кто. Но, судя по огромному количеству рукописей, получаемых из-за рубежа Владимиром Семёновичем Туговым, задумавшим и осуществляющим проект «Мир говорит на русском», количество талантливых поэтов, пишущих на русском языке и живущих в США, Германии, Израиле, Франции, Канаде и других странах достаточно велико. В самых разных странах проводятся фестивали и конкурсы русскоязычных поэтов и прозаиков. Помимо известных конкурсов и фестивалей, проходящих на Украине и в Казахстане, можно упомянуть международный конкурс «Пушкин в Британии», Чеховский литературный фестиваль в Греции, американский фестиваль Булата Окуджавы, ежегодный поэтический турнир в Дюссельдорфе и некоторые другие. Уже в антологии (3) были представлены поэты из Дании, Испании, Германии и Израиля. В антологии (4) напечатано более 60% авторов, живущих за пределами России.

Состав антологии (4) сам по себе информативен. Из Украины представлено 28 поэтов, из США – 19, из Израиля – 17, из Германии – 11, из Финляндии и Канады по 4, из Белоруссии и Англии – 3, из Франции, Эстонии, Испании, Латвии и Греции по 2, из Бельгии, Казахстана, Молдовы, Польши, Армении, Чехии, Швеции, Литвы и Португалии по одному поэту. Остальные представляют Россию. Из этого списка видно, как разбросала русских поэтов по всему миру сегодняшняя ситуация в России. Отсюда можно сделать следующий неутешительный для России вывод: также как учёные – выходцы из СССР, получившие здесь хорошее образование, эффективно работают на западную науку, также как российские деньги, вложенные в западные банки, работают на западную экономику, так и наши гуманитарии повышают культуру тех стран, куда они эмигрировали.

Возвращаясь к поэзии, отметим, что большинство поэтов, представленных в (4), являются профессионалами, имеющими за плечами несколько поэтических книг и публикаций в престижных российских и зарубежных журналах. Много лауреатов различных поэтических конкурсов. Многие напечатанные в (4) поэты из России и из-за рубежа с успехом выступали на различных поэтических фестивалях. У большинства представленных в (4) поэтов можно найти для цитирования удачные стихотворения или строфы. Рискуя быть обвинённым в субъективизме, приходится ограничиться упоминанием только некоторых имён.

Одиннадцатью стихотворениями представлен в (4) известный поэт Геннадий Фролов. Стихи Фролова – украшение всей книги. Его поэтическая интерпретация булгаковской фразы «рукописи не горят»:

 

Весь мир горит на кончике луча!

Душе ль страшны шлагбаумы границы? –

Ничей испуг и ненависть ничья

Не зачеркнут исписанной страницы!

 

служит эпиграфом ко всей книге. Начало стихотворения, из которого взята эта строфа, тоже замечательно

 

Молчи, молчи!.. Я не могу молчать!

Небесный свод нужней земного крова.

Ведь нам равно придётся отвечать

За немоту и сказанное слово…

 

Поэзия Фролова поражает своей серьёзностью, глубиной. Вот уж о ком не скажешь «жонглёр словами». Это прекрасная настоящая поэзия с большой буквы в лучших традициях русской литературы. Ещё цитата:

 

Я пройду, как тень косая,

Сквозь арбатский шум,

Ни к кому не прикасаясь,

Молод и угрюм.

…………………………….

Ночь надвинется с востока,

Заклубится тьма.

В снег желтеющий глубоко

Спрячутся дома.

 

И промёрзшие деревья,

Обретая цель,

Растопырив веток перья,

Полетят в метель.

…………………………..

Но, покуда сердце живо

И стучится в грудь,

Путь над бездною обрыва,

Путь во мраке,

Путь во страхе,–

Это тоже путь!…

 

Такие стихи не нуждаются в пространных толкованиях. Их надо просто читать!

Десятью стихотворениями представлен в (4) известный литератор Анатолий Абрамов (1917-2005), сыгравший важнейшую роль в общесоюзном признании таких воронежских поэтов, как Анатолий Жигулин и Алексей Прасолов. Его военная лирика широко публиковалась в поэтических сборниках поэтов – участников Великой Отечественной войны. В (4) напечатано его известное стихотворение «Волга», написанное в1945 г. по возвращении с Карельского фронта. Вот его окончание:

 

Видел я немало,

Но не встретил реку,

Чтоб она втекала

В сердце человеку.

 

Чтоб она звенела

И в отце и сыне,

Чтоб она им пела

Даже на чужбине.

 

Только ты так можешь

Завладеть судьбою.

Я пришёл. Я выжил.

Я опять с тобою.

 

В конце жизни, столкнувшись с крушением своих жизненных идеалов и надежд на положительное обновление российской действительности, Анатолий Абрамов напишет:

 

Мы говорили: битва двух миров.

Лишь два пути есть в мире, мы считали.

Мы зажигали тысячи костров

На том пути, которым мы шагали.

 

Костры погасли. Может быть от них

Лишь угольки в прошедшем розовеют.

И памятники снесены. Они

Уже в грязи, уже не бронзовеют.

 

Мы с колеи истории сошли.

Мы где-то, не поймёшь, бредём иль бредим.

Обочиной идём. В сплошной пыли –

Путём  не первым, не вторым, а – третьим.

 

О поздней лирике А.Абрамова, хорошо написал Виктор Широков в рецензии на его поэтическую книгу (ЛГ, 22-28 января 2003г.): «этот сборник – своеобразная летопись, дневник представителя поколения, вынесшего и Великую Отечественную, и затем восстанавливавшего порушенное, и попавшего в конце концов в тупик перестройки, пережившего распад сверхдержавы, в сооружении которой есть частица и его крови, его труда и борьбы…Искренность, честность важны и в литературе, и в жизни, А.Абрамову удалось совместить пафос гражданина, энергию труженика и вдохновение художника».

Одним из самых лучших поэтов, представленных в (4), является Владимир Авцен. Это поэт, выпустивший несколько отличных поэтических книг в Донецке и потом оказавшийся в Германии. Довольно удивительно, что поэт такого масштаба почти неизвестен в России. Обладатель отличного поэтического инструментария – В.Авцен в то же время пишет очень человечные стихи на самые различные темы. Это и стихи о природе, и о человеческом бытие и человеческих страстях. Его стихи обладают свойством высокой простоты, что как раз и должно отличать настоящую поэзию. Приведу одно такое стихотворение Авцена, посвящённое Ольге Бешенковской:

 

Шаги мои неспешны и негулки,

бреду сквозь рощу, пью покоя хмель.

Я полюбил бесцельные прогулки,

в бесцельности которых вся их цель.

Всего-то и работы – дотянуться

до ягоды какой-нибудь съестной,

всего-то и заботы не споткнуться

о ржавый корень, спящий под травой,

всего-то и делов – не оглянуться

на жизнь, что притаилась за спиной.

 

Правдивая и страшная картина как удушения российской деревни в незапамятные советские времена, так и невесёлые картины нынешней российской действительности встают в стихах прекрасных русских поэтов Михаила Грозовского, Олега Епишкина, Николая Денисова. Узнаваемые типажи простых русских крестьян в стихотворениях Денисова «Ночные гости» и «Занятой дед». Краткое, но яркое описание поморской старухи и её быта в стихотворении Грозовского заканчивается так

 

Хотя на грани погибанья

весь белый свет,

здесь нет ни просьб, ни оправданья,

ни страха нет,

и не воров – что брать отсюда? – ни сторожей…

…При худе худо, а без худа

ещё хужей…

 

В рассматриваемых антологиях, по-видимому, нет поэтов масштаба Маяковского, заявлявшего «Мой стих трудом громаду лет прорвёт…», или Есенина, писавшего «Я вам не кенар! Я поэт! И не чета каким-то там Демьянам…». Многих авторов книг (1) – (4) одолевают сомнения в своих творческих возможностях. Так талантливый петербургский поэт Николай Буторин, являющийся по образованию архитектором, в одном стихотворении пишет:

 

Мне сорок лет. Вполне вечерний срок.

Кто был достоин – тот себя отметил.

А я – увы. Не справился. Не смог.

Я зря теряю дни на этом свете…

 

Буторину вторит балерина Светлана Дион, родившаяся в Ленинграде, пожившая

16 лет в Нью-Йорке, а сейчас живущая в Испании:

 

Быть может, всё во мне – неправда:

И мелкое, и глубина,

И упрекать себя не надо,

Что вся душа обожжена,

 

Что я поэт лишь на бумаге,

А в жизни – просто человек

В обличье раненой бродяги,

Утратившей родной ночлег…

 

Однако, при всех их сомнениях, и Буторин, и Дион предстают в своём творчестве яркими поэтами, поэтами высоких озарений и интересных мыслей о природе поэзии и музыки, смысле человеческой жизни. В ряде стихотворений Буторину удаётся, как он пишет «увидеть мир таким, каким он есть». Вот ещё цитата из его стихотворения:

 

Февраль. Искрят колючие венки

высоких звёзд… Иллюзий не осталось.

Глотаю слёзы. Жгу черновики.

И постигаю собственную малость…

…………………………………………..….

Есть высший смысл. Не в строчках на листе,

не в гладко зарифмованных мычаньях,

а где-то там – в щербатой немоте,

в бездонном красноречии молчанья.

 

Светлана Дион представила в (4) тонкие лирические размышления в стихотворениях «Реинкарнация», «Небесный почтальон», «Испания моя, земля чужая Valparaiso». А вот её стихотворение на тему ностальгии:

 

Среди чуждых людей и пейзажей –

В городах и деревнях чужих –

Я скитаюсь, гонимая жаждой

Вновь наткнуться на тихий родник,

Где знакомы и камни, и кочки,

Колокольчик от грусти поник,

А журчанье воды, словно строчки,

Вторит эху мелодий родных…

 

Тема ностальгии звучит в стихах подавляющего большинства поэтов-эмигрантов. Вот строки Тины Шотт из Германии:

 

Осенью люби меня больше!

Осенью я зябну – осиной,

Осенью мне снится Россия –

И тоска по Родине дольше…

 

А вот цитата из стихотворения очень интересной поэтессы Ирины Акс из Нью-Йорка:

 

Смочим скупою слезой эмигрантской

Сладкое слово из строчки неловкой:

Улица Ленина в центре Саранска…

Танцы в ДК…гастроном в Шепетовке…

 

Геодезист, а затем бизнесмен Александр Мельник оказался в Бельгии, но в своём незаурядном поэтическом творчестве всё время обращается к своей бывшей Родине, к тому «Отечеству – далёкой земле, в которой он не будет похоронен»:

 

По гуннским заветам – на запад,

оставив Байкал за спиной,

побрёл я…Добрался, не запил,

но что-то случилось со мной.

……………………………………..

Судьба евразийская – запах

полыни влечёт на восток,

но цепкий пронырливый запад

вонзил уже свой коготок…

 

Воспоминания о Родине неустанно преследуют живущего ныне в Париже Виталия Амурского, который, тем не менее, в одном стихотворении напишет:

 

                    Ну, как там, старина, в краю ином

Всё то, что ностальгией мы зовём?..

 

                    Скажу тебе по совести, приятель,

Мне дым отечества и сладок, и приятен,

Но грустно видеть, на родной стремясь порог,

Отечества сгоревшего дымок…

 

На мой взгляд, отличные стихи представили в антологии (4) Георгий Чернобровкин из Карелии, Сергей Кольцов из Риги и Алексей Щербаков из Москвы. Стихи Чернобровкина привлекают доверительной интонацией, какой-то особой элегантностью, точностью и неожиданностью метафор. Вот его картина осени – этой богини всех поэтов:

 

Вот и осень собирает листья.

Шорохи становятся слышней.

Спорит клён своим окрасом лисьим

с каплями рябиновых кистей.

 

Тихо дышит речка засыпая,

и темна холодная вода.

Золото потерянного рая

журавлей уносит череда.

 

День истёк и вечер полновесно

убаюкав солнечный простор,

месяца татарскую подвеску

волглыми ладонями протёр.

 

Длинные стихотворения Кольцова своеобразны. Они неудобны для цитирования, так как похожи на некие киносценарии или, может быть, фантасмагории, списанные с жизни. Однако, для читателя они оказываются интересными. У Щербакова привлекают к себе внимание исторические стихотворения. Напечатано также в (4) его прекрасное стихотворение о любви «Свидание».

       Вообще, вечно животрепещущая тема «любовь», на которую в мировой поэзии написаны «тонны» стихотворений, представлена в (4) весьма широко, причём некоторые стихотворения оттуда очень высокого уровня. Все такие стихотворения просто трудно перечислить. Перечислю только некоторые: «Романс» Михаила Левина из Германии, «Венера» и «Я стисну зубы, и стисну руки…» прекрасной поэтессы из Израиля Рэны, «Сверлибры о тяготах семейной жизни» Карины Бахмутской из Германии, целый ряд очень сердечных и добрых стихотворений о любви и о женщине у талантливых поэтов из Украины Андрея Грязова и Тамары Дьяченко.

Несколько отличных стихов, в том числе и о любви, и о женской доле принадлежат Рине Левинзон из Израиля. Приведу одно такое стихотворение целиком:

 

Быть женщиной – дышать судьбой,

Ни ада не страшась, ни рая.

Не притворяться – быть собой

И жить, путей не выбирая.

 

Быть женщиной – суметь собрать

Под этот лепет лебединый

Способность жить и умирать

В отрезок времени единый.

 

Быть женщиной – себе пенять,

Ни мору не боясь, ни гладу.

Быть женщиной – соединять

Всё то, что тянется к разладу.

 

Профессиональный переводчик, московская поэтесса Дина Крупская обладает острым поэтическим зрением, обращённым на предметы и явления окружающего мира. Такое зрение позволяет увидеть и очень образно описать и стрекоз в изящных сапожках, которые висят на стеблях, затянув поясок; и травинки с головками-метёлками, которые топорщат золотые усы. Можно среди авторов (4) найти и поэтов мужчин с таким же обострённым поэтическим зрением. Вот строчки поэта из Израиля Бориса Дадашева, к творчеству которого очень подходит термин «изысканная лирика»:

 

По рёбрышкам озябшего листочка,

Обтянутым зелёной, нежной кожей,

Роса стекала в пойму позвоночника

И скатывалась капелькой к подножию.

 

Тонкий лирик из Германии Михаил Аранов представлен в (4) несколькими изящными стихотворениями. Вот как завершается его стихотворение «Венеция»:

 

Истомлена морскою качкой,

Забросив юбки за бедро,

Венеция роскошной прачкой

Полощет ветхое бельё.

 

Глубокими лирическими размышлениями о своей судьбе, о смысле человеческого существования характеризуются стихи филолога Любови Флиттер, прожившей нелёгкую жизнь дочери репрессированных родителей и, в конце концов, эмигрировавшей в США. Хочется отметить её отличное стихотворение «Поэты приходят на муки…». Приведём полностью следующее её стихотворение:

 

Как научиться жить среди людей?

Как научиться слышать голос свыше?

Не быть в толпе средь шумных площадей,

Но не считать, что ты умней и чище,

 

А просто жить, как дерево живёт,

Иль летний дождь, или цветок раскрытый,

Не уставать от временных забот

И не жалеть, что ты не знаменита.

 

Принять судьбу и не страдать от бед,

Не рваться в бой и не бояться краха,

Есть у судьбы на всё простой ответ,

Когда живёшь без зависти и страха.

 

Нельзя в этом обзоре пройти мимо творчества Ольги Бешенковской (1947-2006), жившей последние годы своей жизни в Германии. Эта энергичная женщина и талантливая поэтесса играла большую роль в объединении русскоязычной творческой интеллигенции в эмиграции. Её стихи зримо отражают как её личные поиски своего места на этой земле:

 

Радуюсь нечаянной судьбе:

мне везде чуть-чуть не по себе –

и не кошка, и не канарейка…

Песнь моя царапает летя.

Кто я? Духа блудного дитя:

русская – в Германии – еврейка…

 

так и мучительные попытки эмигрантов из СССР обустроиться на новых для себя местах проживания. Очень характерным  в этой связи является стихотворение «Интеллигенты советской поры…». Эти интеллигенты «слушали ночью «Свободу» и Галича, спали, готовы взойти на костры…», а, оказавшись на «свободе»:

 

Зависть и злоба, возня за чины.

Вот ведь: свободны, согреты и денежны…

Хоть на четыре кричи стороны:

Где же вы? Где же вы? Где же вы?

 

Трудно рассказать обо всех интересных поэтах, представленных в антологии (4). Наверняка, любители поэзии найдут хорошие, и даже отличные стихи у таких авторов как Владимир Таблер из Каунаса, Леонид Скляднев, Семён Эпштейн, Михаил Розенштейн, Евгений Минин и Феликс Чечик из Израиля, Геннадий Казакевич из Австралии, Михаил Окунь, Генрих Кац и Генрих Шмеркин из Германии, Сергей Шелковый, Игорь Пиляев и Василь Дробот из Украины, Михаил Бриф, Борис Кушнер и Александр Очеретянский из США, Григорий Осипов, Вадим Лаврищев и Сергей Брель из Москвы, Давид Кудыков из Англии, Сергей Плышевский из Канады, Станислав Чумаков из Краснодара, Алекс Сандерс из Швеции.  В книге (4) представлены также известный поэт-песенник Леонид Норкин и известный переводчик Александр Ревич. Из поэтов – женщин, представленных в (4), помимо уже упомянутых выше, следует выделить Наталию Пейсонен и Людмилу Кипру из Финляндии, Дину Августовскую и Людмилу Лунину из Израиля, Людмилу Буратынскую, Людмилу Некрасовскую, Наталию Филиппову и Александру Зырянову (Крэзи) из Украины, Оксану Полякову, Татьяну Жмайло, Елену Кабардину, Надежду Ушакову, Надежду Мальцеву, Ольгу Ильницкую и Любовь Семёнову из России, Оксану Продан из Чехии, Юлию Резину из США.

Как видно из этого обзора, география русской поэзии простирается во все стороны света. И, хотя никто из рассмотренных выше поэтов не пронзил пока русские сердца так, как это сделала поэзия Есенина, говорить о смерти русской поэзии рано. Может быть, стоит говорить о тяжёлой болезни такой же, какой больно сейчас всё русское общество. Достаточно характерный срез русской поэзии, сделанный в этом обзоре, наглядно показывает, что эта болезнь серьёзна и имеет обширные метастазы. В целом, представленная в книгах (1) – (4) поэзия, особенно в её лучших образцах, грустна. Впрочем, как писал Георгий Иванов, весёленьких лирических произведений не бывало. Хорошо, по крайней мере, что в душе у многих поэтов из этих книг проснулось «Слово». Слово – именно с большой буквы. А, как писал в одном из своих старых стихотворений один из авторов этих антологий (Эдуард Балашов): «В ком проснётся слово, тот и бог». И, может быть, единение русскоязычных поэтов со всего мира послужит одним из лекарств от этой болезни и станет залогом будущего выздоровления.

 

 Рейтинг@Mail.ru

 

 

  

©2002. Designed by Klavdii
Обратная связь:  klavdii@yandex.ru
Последнее обновление: января 28, 2012.